"Дух Анкориджа" против "принуждения России к миру". О борьбе двух концепций завершения войны на Западе
Прошедший месяц ознаменовался всенародными похоронами "духа Анкориджа". Его хоронили в Европе и НАТО, его хоронили в Украине.
"Если "дух Анкориджа" вообще существовал, то сейчас он, несомненно, мертв", - объявил в воскресенье глава МИД Украины Андрей Сибига.
А госсекретарь США Марко Рубио заявил, что никаких договоренностей в Анкоридже и вовсе не было. Значит, и духа никакого нет.
На этом фоне в Москве тоже стали публично сомневаться, жив ли дух до сих пор, и обвинять американцев в нарушении договоренностей.
Между тем постоянно повторяемая констатация смерти "духа Анкориджа" вызывает вопросы: а зачем так много внимания уделять тому, чего уже нет, а если верить Рубио, и не было никогда?
В чем в Киеве и на Западе видели или видят до сих опасность этого духа и в чем этот дух вообще заключается?
Основной месседж, который сейчас транслируют Владимир Зеленский и европейцы, заключается в необходимости принудить Россию к миру. А для этого она должна "почувствовать боль" из-за ударов по объектам на её территории (дефицит бензина и проблемы с бюджетом), из-за санкций, увеличения поставок оружия и финансовой помощи Украине от Запада. Согласно этой концепции, если РФ и лично Владимир Путин сильно ослабнут, они вынуждены будут пойти на прекращение огня по линии фронта, а возможно, и на куда большие уступки.
При этом вероятное перемирие никто ни в Киеве, ни в Европе не воспринимает как окончательное урегулирование. Подразумевается, что оно станет лишь началом переговорного процесса. При этом украинские власти и европейцы дают понять, что они продолжат и дальше преследовать РФ по разным вопросам, привлекая к ответственности за военные преступления, подавая иски в международные суды с требованием компенсаций, устраивая дипломатический бойкот, а также могут конфисковать активы в счет репараций, продолжить санкционный режим и прочее давление. То есть противостояние с Россией в той или иной форме продолжится, пока она не примет условия Киева и Европы. И перемирие станет не началом стабилизации отношений с РФ, а продолжением войны с ней другими способами.
Это является одной из главных причин для Кремля не соглашаться на прекращение огня. Хотя, как мы уже писали, если перемирие будет означать лишь переход от горячей стадии войны к войне гибридной, это будет куда более опасно для Украины, чем для России. И в этом плане Москве было бы даже выгодно согласиться на такой вариант. Тем более что само по себе перемирие по линии фронта формально окажется военной победой РФ, так как оно обеспечит фиксацию её контроля над уже захваченными 20% территории Украины. Но айкидо явно не самый любимый вид спорта в Кремле.
Однако, возможно, просто перемирие Кремль отвергает ещё и потому, что рассчитывает получить куда больше - с учетом того, что убеждение в необходимости принудить Москву к миру на условиях Запада хотя сейчас и является там явно доминирующей, но не единственной.
На Западе были и есть носители совсем другой концепции. Они исходят из того, что обладающую крупнейшим в мире ядерным арсеналом Россию в принципе никто ни к чему принудить не может - в отличие от Киева, на который у Запада огромное количество рычагов влияния. И если война будет идти совсем плохо для Москвы, та всегда может применить ядерное оружие, после чего всё быстро закончится либо для Украины (если ни одна из ядерных держав напрямую не вступится за Киев), либо сразу для всего человечества из-за глобальной ядерной войны (если вступятся). Согласно этой концепции любые успехи Украины приближают не победу, а ядерную войну.
Поэтому сторонники этой линии предлагали альтернативный подход: предложить России уступки, при которых Кремль согласился бы на прекращение огня. А заодно, используя все имеющиеся рычаги влияния, побудить принять эти условия Киев. Они считают, что этот путь - единственный, который может привести к быстрому миру.
Собственно, в этом и заключалась суть предложений Дональда Трампа в Анкоридже ("дух Анкориджа"), которые, по заявлениям Москвы, принял Владимир Путин.
Судя по данным СМИ, речь на Аляске шла не только о выводе украинских войск из Донбасса, но и о куда более широком урегулировании в треугольнике Украина - Запад - Россия, включая нейтральный и безъядерный статус Киева, признание США российской юрисдикции над захваченными территориями, снятие санкций с РФ, гарантии безопасности для Украины, урегулирование вопроса использования замороженных российских активов и послевоенного восстановления.
То есть это был комплексный проект не только касательно определения линии разграничения, по которой останавливаются боевые действия, но и в целом завершения противостояния в Европе, с которым согласились бы все стороны.
Да, он подразумевал серьезные уступки в пользу России, но с точки зрения носителей "духа Анкориджа" они оправданы тем, что позволяли быстро закончить войну и предотвращали риск глобального ядерного столкновения. А главное - на эти условия был согласен Путин, отказавшись от значительной части своих прежних максималистских требований.
Но эту концепцию не приняли Киев и Европа, а Трамп не стал применять к украинским властям жесткие меры принуждения. В том числе и потому, что в его собственном окружении многие "духом Анкориджа" были крайне недовольны (речь идет о влиятельном лагере "ястребов" в среде республиканцев, к которому принадлежит тот же Рубио).
Камнем преткновения в публичной плоскости стал вопрос вывода украинских войск из Донбасса. Вместо этого Украина и Европа предложили перемирие по линии фронта.
В принципе это само по себе не противоречило "духу Анкориджа", если бы Киев и европейцы что-либо пообещали Москве взамен. Например, европейцы могли предложить полное снятие санкций и восстановление отношений сразу после заключения перемирия. А Киев - отказ от претензий к РФ после войны и попыток силой вернуть территории, гарантируя такие же отношения, как, например, сейчас у России с Грузией.
Однако украинские власти и их европейские союзники сейчас ничего такого и близко не предлагают. Концепция предполагает лишь ужесточение давления и "усиление боли" для РФ. Аргументы ее сторонников против уступок и "духа Анкориджа" известны: нельзя вознаграждать агрессию, так как это ее поощряет и Путин еще на кого-нибудь нападет, а международное право будет окончательно разрушено; военные преступления не должны оставаться безнаказанными; агрессор должен по итогам войны заплатить огромную цену, а не получить бонусы; следует помнить о Мюнхенском сговоре и к чему привела политика умиротворения агрессора; ситуация на фронте меняется в пользу Киева, Украина способна победить Москву на поле боя; Путин никогда не решится на использование ядерного оружия, не нужно бояться пустых угроз Кремля; Россия – колосс на глиняных ногах, стоит еще немного поднажать - и режим рухнет.
Кто окажется прав в борьбе двух концепций, можно будет определить только на практике в ходе войны. Но есть две проблемы с этой захватывающей дискуссией исторического масштаба. Первая: чем дольше она идет, тем дольше затягивается война и тем больше гибнет людей. Вторая: цена осечки с предположением о неготовности Москвы использовать ядерное оружие может быть для всего человечества крайне велика.
